Skip to content
 

Основы тенгрианства в якутских религиозных верованиях в XVII-XIX вв.

Аннотация. Предлагаемый доклад посвящен тенгрианским истокам традиционной религии тюркоязычного народа саха (якутов), живущего на территории Восточной Сибири в пределах Республики Саха (Якутия) Российской Федерации.
Основное содержание доклада – это попытка показа тезиса о том, что в религиозно-мифологических представлениях якутов
XVII – нач. XX вв. образ культа Тэнгри сохранился у якутов в лице главного бога якутского пантеона – Аар тойон.

Summary. The report is devoted to Tengrist roots of the traditional religion of the Turkic-speaking Sakha people (the Yakuts) living in Eastern Siberia in the Republic of Sakha (Yakutia) of the Russian Federation.
The report is an attempt to present the thesis that in religious and mythological ideas of the Yakuts of XVII – the beginning of the 20th centuries the image of a cult of Tengri remained at Yakuts in the person of the upper god of the Yakut pantheon – Aar Toyon.

Ключевые слова: культ Тэнгри, якуты, якутские верования, якутское божество Аар тойон.
Key words: Tengri cult, Yakuts, Yakut beliefs, Yakut god Aar Toyon.

 

На рубеже XIX-XX вв. официальной религией якутов становится православное христианство, распространившееся в Якутской области среди аборигенов со второй половины в XVII в. и эпоха сплошной христианизации населения Якутии завершается в конце первой четверти XIX в. Но при всем этом еще долго сохранялись языческие основы этого мировоззрения. Это – общая закономерность в эпоху освоения мировых религий коренными народами на местах. Есть даже письменные данные XIX – начала XX в. о том, что христианские священники обращались к шаманам для излечивания от болезненных недугов. Поэтому основы дохристианских верований и шаманства у народа саха, иными словами двоеверье, сохранялись до советского времени.

Обращаясь к общей характеристике языческой религии якутов, следует отметить, что ее основа, представленная материалами XVIII-начала XX вв., возникла, по всей видимости, в степях и горностепных районах Южной Сибири, находящихся на северо-западной границе Центральной Азии на рубеже II–I тыс. до н.э. и до середины I тыс. н.э. среди ранних кочевых-скотоводов скифо-сибирской и гунно-сарматской эпох. Но в этих этапах, в условиях отсутствия письменных источников, нет прямых данных о наличии в религиозно-мифологических представлениях населения ранних кочевников евразийских степей культа Неба, как основного культового атрибута.

Обращаясь к вопросу возникновения культа Неба, как основы религиозной системы, прежде всего этносов Центральной Азии, вплоть до Чингиз-Хана, отметим, что по общепринятым понятиям, термин тэнгри берет свое начало с древних шумерийцев, которые в начале III тыс. до н.э. в низовье Евфрата, в бассейне Двуречья, создавали города-государства. По клинописным материалам, у них слово Дингир обозначало культ Неба, наряду с другим шумерийским термином Ан в обозначении божества Неба [1, С.13-20.].

Для Центральной и Восточной Азии время возникновения культа Неба под с аналогичной лексической основой, видимо, было связано I тыс. до н.э. в форме китайского тэн. В дальнейшем термин и само культивирование Неба было воспринято (или в результате самостоятельного через неизвестные этнические связи) ранними кочевниками восточных районов Центральной Азии – хунну, сяньби, древними тюрками, монголами.

Обращаясь к мифологическим представлениям народов отметим, что у них в пределах XVII-XIX вв. фактически отсутствовала целостная мифологическая система. Но часть ее основы сохранилась в героическом эпосе – олонхо. Он (олонхо) относится к архаической форме эпоса. Как принято считать, архаический эпос вырастает из мифов о богах и героях.

Мифологическая картина была в основном антропоморфной, согласно которой вселенная была образована из частей первичного великана. В силу этого Вселенная оказывалась целостной и по всем параметрам зооморфной человеку. Но, по принятым представлениям (киҥкиниир киэҥ Аан Дойду, «беспредельный обширный космос») состоит из трех миров: верхнего – Үөһээ дойду, среднего – Орто дойду и нижнего – Аллараа дойду. При этом символом этого явления издревле считается равноконечный крест, образ, связывающий мир живых с миром мертвых. Поставленный вертикально, крест воспринимается как Мировое дерево, а положенный горизонтально указывает своими концами на стороны Света [2, С.141]. А изображение креста в круге символизирует Небо и Солнце, распространенное в орнаментике многих народов, в том числе и у якутов. «Изображение креста, вписанного в круг, – пишет азербайджанский ученый Э.А. Саламзаде, – символизирующий начало начал, где пространство и время слиты воедино. Познавая этот символ, человек постигает тенгри и становится тюрком» [3, С.25.].

По традиционным представлениям народа Саха, создателем Вселенной выступает триада богов, что является довольно распространенным мотивом в мифологии. Так, участник Второй Камчатской экспедиции (руководитель В. Беринг) И.Я. Линденау (середина XVIII в.) записал по этому поводу следующее: «Братья – божества Аар тойон, Юрюнг (Айыы) тойон и Сугэ тойон решили сотворить Небо и Землю. А родоначальник абааһы (злых духов) Адьарай бөҕө захотел подчинить к себе всю Вселенную, то Аар тойон с братьями присудили ввергнуть его в Преисподнюю – Үөдэн [4, Стб.3146].

Мир, созданный триадой богов, состоял в начале из Неба, которое было как маленькое кольцо, и Земли, которая была похожа на большой четырехугольный коврик. Позже постепенно Земля и Небо стали увеличиваться [5, С.44-45]. Интересно то, что данный сюжет встречается в древнеиранской мифологии, где излагается тема постепенного взращивания Мира и расширения Неба [6].

Дуализм, наблюдаемый в космогонических мифах скотоводов Средней Лены, проявляет определенную близость с аналогичными сюжетами в индоиранской мифологии. В них ядро мифа составляет поединок Громовержца с противником, повелителем подземного мира, у которого основа богатства – скот, как в якутских верованиях, где рогатый скот – хозяйственный атрибут обитателей Нижнего мира.

В представлениях старинных якутов, Земля, возникшая на лоне мирового океана, плавает в воде. Поэтому в олонхо упоминаются мифические «железные гигантские рыбы подземных морей», несущие на себе мироздание. Аналогичные сюжеты особенно популярны в религиозно-мифологических представлениях алтаеязычных и индоевропейских народов [7, С.62-64].

В целом, якутские космологические мифы о сотворении Земли, Вселенной имеют не только древнее происхождение, но и содержат сюжеты, широко распространенные у народов Центральной Азии и Южной Сибири.

С другой стороны в «Ригведе» жертвенные кони отождествляются с Солнцем, охраняющим Вселенную своими лучами-поводьями «твои несущие счастье поводьям», – обращаются арии к великому божеству. Здесь напрашивается еще одна аналогия, в которой постоянным эпитетом племени айыы является выражение в олонхо: «люди-якуты с поводьями за спиной». Божество Солнца управляет людьми с помощью «лучей-поводьев». Все люди как бы связаны с небесными божествами невидимой нитью, от которой зависело состояние благополучия человека. Отсюда выражение: «Люди племени Айыы с поводьями за спиной, солнечный улус с конским поводьем».

В мифологии и религии саха (якутов) Уот иччитэ, дух-хозяин огня, как и Агни у индоарийцев (рус.-огонь), является передником между людьми и богами. Горящая струя, реющая над жертвенным огнем, проникает в обитель верхних богов, и становится там тëмногрудым жеребцом, отвозящим предназначенную богам жертву. При этом жертвенное возлияние сопровождали якутские жрецы одетые во все белое словами: «Через огонь подносим Вам жертвенное угощение!».

В целом, Аал уот – это священный жертвенный огонь: для такого случая в начале нового хозяйственного года его добывали путем трения двух кусочков дерева (слово аал имеет два значения: во-первых, священный, сакральный огонь, во-вторых, в бытовом понимании тереть). А в сборнике индоарийских гимнов «Ригведе» огонь называется «дитем двух матерей».

У южных предков якутов в религиозном восприятии одно из центральных мест занимал культ Неба (в нем солнце как его главный атрибут), как впрочем, у многих народов древности, особенно в Центральной и Восточной Азии. У якутов, наряду с тюрко-монгольским народами, а также с китайцами, занимало божество Тэнгри. Так у древних тюрков VI-X вв. ему принадлежало главное место в их религиозно-мифологических воззрениях. Это культивирование Неба выражалось в общественных мнениях, выступал как адекватное понятие Вселенной и одновременно был синтезом всех астральных представлений. Коллективное моление Небу как божеству сохранялось еще до начала ХХ в. у некоторых тюркских племен Южной Сибири в виде устройства религиозных празднеств, не имевших общего с шаманскими жертвоприношениями. К их числу можно отнести и якутский ысыах, который праздновался в честь светлых богов-творцов (айыы) во главе с Аар Тойон и с культом плодородия конного скота. Ысыах в целом представлял культивирование творческих сил Неба. При этом божеством лошадей народ считал Уордаах Дьөһөгөй. В эпике он изображался как небесный жеребец, «богом древних якутов, – писал один из первых этнологов-фольклористов из якутов Г.В. Ксенофонтов, – в одной из первых стадий был Небо-конь…» [8, С.109].

В древних религиозных представлениях саха, особое место занимало божество Улуу тойон. По определению А.Е. Кулаковского, он «грозное и великое божество, больше карает, чем делает добро». В Словаре якутского языка К. Пекарского, Улуу тойон – «особое божество, относимое одними к разряду абаасы, а другими – к разряду айыы… давшим одну из душ сүр и шаманов» [9, Стб.304]. Он следит за порядком на Земле, карает грешников, провинившихся, затягивая на них небесный аркан. Улуу тойон живет на западной стороне, на третьем ярусе Неба. Он близок к Земле, и дела ее живо его занимают. “Улуу тойон проявляется только в очень сложных и грозных явлениях бытия…- писал В.Л. Серошевский, – он могучей властью удерживает все беды, которые в противном случае потопили бы Мир и мгновенно смыли бы все живое” [10, С.631-632].

Таким образом, Улуу тойон, божественная фигура, стоящая на грани светлого и темного. В соответствии с этим он поддерживает космический порядок, созданный божеством Неба Аар тойоном, персонифицированным образом древнетюркского Тэнгри. Поэтому Аар тойон – это последующий этап развития древнеякутского культа Неба “Тэнгри”. У якутов в данной форме зафиксирован в русских источниках, датируемых серединой XVIII в. При этом Аар Айыы тойон, как древнее индоевропейское верховное божество Dians pita «Небесный отец» или индийский Div – персонифицированный образ Неба, который оставался в пределах своей небесной природы и в очень обобщенной роли отцовства, внешне, по отношению к трехфункциональной мифологической структуре Вселенной, не имевшего большого влияния на происходящее. Второе по ранжиру божество в якутском пантеоне – божество Солнца, в дальнейшем (в «якутское время») персонифицированное в образе Юрюнг Айыы тойона («Белый Творец-тойон»), в XIX в., в процессе сплошной христианизации якутов, он сливается с функциями Аар Айыы тойона, или Айыы-таҥара), т.е. христианским богом-отцом.

То, что Аар тойон являлся следующей якутской  ипостасью древнетюркского тэнгри, в частности, подтверждает один интересный миф, записанный в конце XIX в. в Южной Якутии, в Олекме политссыльным поселенцем П.А. Овчинниковым: «Когда-то в старое время, над тремя небесами, с теплым дыханием, подобно теплому летнему ветру, с тремя душами, вытянувши стан, как трехгодовалый жеребец, стоял задумчиво Аар тойон. Он раздвинул два белых солнца по сторонам, сотворил третье и повесил их между Небом и Землей и сказал: «Народ якутский, происшедший от трех белых пен, укрепляйся, плодись и умножайся!» [11, C.62]. При этом все изначальное в жизни, по мнению народа, было связано с его образом: «высший господь, творец и верховный правитель Мира, зиждитель земного Мира, орошающий Землю, виновник обилия корма…» [9, Стб.126].

С другой стороны, с учетом ностратической языковой общностью, якутское аар, видимо, имеет этимологическую связь с общеиндоевропейской лексической основой ар – арта («божество», «порядок») [12, С.299]. Первоначальное аар, также и в индоевропейских языках, исходило от понятия «первоначальный порядок», т.е. тот вселенский Порядок, образовавшийся в результате распада первоначального Хаоса. Возможно, поэтому, якутское Аар сохранило более древнее индоарийское состояние этого сакрального термина. Следовательно, Аар тойон является для саха высшим божеством, создателем первоначального космического порядка, ставшим в дальнейшем (у тюрко-монгольского народа) божеством всемогущего Неба.

Гоголев А. И.,
Россия, г. Якутск
anrsya@mail.ru

                                                     Литература

  1. Илиев А. Л. Эпос Гильгамеш как источник мифологического и исторического доказательства существования шумерийского бога Нин-Дингир, прадеда тэнгрианства//Тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: Истоки и современность. – София: БЪДНИК, 2015. – 240 с.
  2. Косарев А. Ф. Философия мифа: мифология и ее эвристическая значимость. – М.- Сб-П.: PER SE Унив. кн., 2000. – 303 с.
  3. Саламзаде Э. А. Тенгри и Тамга: мифология и морфология // Тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: истоки и современность. – София: БЪДНИК, 2015. – 240 с.
  4. Пекарский Э. К. Словарь якутского языка.- Т. III. – 2-е изд., М., 1959. – 2509-3858 стлб.
  5. Линденау И. Я. Описание народов Сибири (середина XVIII в.) / Пер. с нем. З.Д. Титовой. – Магадан: Магаданское книжное издательство, 1983. – 176 с.
  6. Сборник. Литература древнего Востока. Иран, Индия, Китай (тексты). Авторы-сост. Ю. М. Алиханова, В.Б. Никитина, Л. Е. Померанцева. – М.: Изд-во МГУ, 1984. – 352 с.
  7. Евсюков В. В. Мифы о Вселенной. – Новосибирск: Наука, 1988. – 176 с.
  8. Ксенофонтов Г.В. Хрестес. Шаманизм и христианство. (Факты и выводы). – Иркутск: Власть труда, 1929. – 143с.
  9. Пекарский Э. К. Словарь якутского языка.- Т. I. – 2-е изд., М., 1959. – 1 – 1279 стлб.
  10. Серошевский В. Л. Якуты (опыт этнографического исследования). – СПб.: Типография Главного Управления Уделов,1896. – 720 с.
  11. Овчинников П. А. Кюннэй и Юрюкэн // Сибирский архив. 1912, №5. С.62.
  12. Бенвенист Э. Словарь индоевропейских социальных терминов: Пер. с фр./Общ. ред. и вступ, ст. Ю. С. Степанова. – M.: Прогресс – Универс, 1995. – 456 с.

 

Посмотрите еще другие публикации:

Написать отзыв

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.