Skip to content
 

Представление об обществе в тенгрианстве *

Глобализация, как ответ на тотальную универсализацию, рождает  у этносов стремление предъявить  мировому сообществу собственную  культуру как  уникальное явление. Одной из важнейших составляющих этнических культур является религия, которая  изначально определяла основные ценности  культуры этноса.  Поэтому этнические акторы обращают особенно пристальное внимание   на исследование  религиозного наследия народа. Это в существенной степени связано с тем, что ценностные основания этнической культуры в массовом сознании представляют собой причудливую смесь традиционного и современного, собственно этнического и заимствованного.

Необходимо отметить также, что именно в условиях социальных трансформаций, как это ни парадоксально, ревитализируются глубинные пласты общественного сознания, где религия занимает доминирующие позиции.

Религиозные основания культуры хакасского народа (как и родственных народов тюрко-монгольского мира), по мнению ряда исследователей, могут быть  представлены как тенгрианство. Именно оно в последние годы становится наиболее обсуждаемым на научных конференциях, монографиях, социальных сетях и пр. М. Аджи отмечает, ссылаясь на известного  французского исследователя религий Ж-П. Ру, «тюрки, жившие на Алтае задолго до новой эры, поклонялись «человеку-небу», «человеку-солнцу» – Тенгри [1, с.229].

В тенгрианстве не было противоречия между познанием и освоением мира и выработкой смыслообразующих ориентиров человеческого поведения, т.к. высшим критерием здесь являлась соотнесенность  с волей Небес, сотворивших этот лучший из миров.

Традиционная культура хакасов возникновение общества рассматривает как процесс, совпадающий  с актом первотворения, не имеющий особых  отличительных свойств по сравнению с природно-космическими. Социальная дифференциация в традиционном обществе считается санкционированной Великим Синим Небом. Внутрисоциальная мобильность (имущественная, сословная) также определяется верховной волей Небес. Взаимоотношения в обществе регулируются традициями, обычаями, возникшими как аналог общемировых законов, направленных на их неукоснительную реализацию.

В тенгрианстве сформировалось представление об идеальном типе социума, в котором  должны присутствовать следующие черты:

– сопряженность общества с природно-космическими процессами и действием сакральных сил, в первую очередь, воли Великого Синего Неба;

– непротиворечивость, равновесное развитие его социальных структур, когда «равный над равным права не имел»;

–  верховенство «закона», зафиксированного в традициях и обычаях;

–   следование нормам нравственности как условия достижения и сохранения идеального состояния общества;

–  сочетание идеи вечного развития общества как неизбежной утраты и восстановления  состояния «золотого века».

Легко заметить, что идея прогресса в традиционном обществе не представлена, скорее, отличительной чертой его является акцент на стремлении к консервации уже опробованных и доказавших эффективность механизмов стабилизации желаемого состояния – традиций и обычаев. Этой же цели служила деятельность  служителей культа – алгысчи, которые не только следили за физическим и нравственным здоровьем общества в повседневной жизни, но на пиках этнического развития становились верховными жрецами и каганами. В этом случае они могли быть также вершителями судеб целых народов.

В тенгрианстве идея социального кризиса занимает значительное место. В хакасском героическом эпосе она – центральная, здесь истоки его рассматриваются всегда как следствие нарушения норм нравственности отдельным человеком или группой лиц. При этом кризисное состояние не вечно, оно преодолимо в ходе героических усилий  народа с обязательной помощью сакральных сил (Великого Синего Неба, предков – хранителей). Социальные кризисы в тенгрианстве имеют обучающее значение.  Таким образом, в тенгрианстве еще раз акцентируется внимание на личной ответственности каждого человека за все процессы в мире, в том числе и социальные, в трудном процессе самопреодоления и самосовершенствования человека  как условие выхода из социального кризиса.

Как известно, одним из важнейших факторов возникновения  социальных кризисов являются отношения собственности, которые производны от господствующих, религиозно-идеологических ценностей. Тогда совершенно объяснимо, почему не было рабства, крепостного права, серьезного социального  расслоения в традиционном хакасском обществе: ценности родовой общины, солидарности, взаимопомощи были доминирующими. В тенгрианстве степень моральной симметрии особенно высока, поскольку  моральные оценки поступков по отношению к лицам любого социального статуса  тождественны.

В традиционном хакасском обществе  механизмы социальной мобильности  определяются, в первую очередь, естественными причинами.

Здесь выражена тождественность возрастных,  половых характеристик и социального статуса. Разработана жесткая система норм поведения в обществе, нарушение которой также чревато социальными потрясениями.

Центральное место в традиционном обществе играет род, который  выполняет ряд функций:

– является  носителем генетической информации этноса;

– будучи, наряду с семьей, одним из основных базовых элементов структуры этноса, род замыкает на себя многие функции по поддержанию и развитию, с одной стороны, семейных отношений (через системы родовой собственности на землю, взаимопомощи и взаимного контроля), с другой, всего этноса (организуя  внутри- и межродовое взаимодействие, ориентированное на сохранение и развитие народа).

Роль родовых структур в развитии традиционного общества менялась в зависимости от стадии развития этноса. В моменты этнического «взлета» (стадии имперского развития) на первый план выходили, например, такие структуры, как «божественное государство». В периоды этнического  «надлома»  род восстанавливал свое значение.  Необходимо отметить, что в традиционном мировоззрении хакасов понимание рода не ограничивалось родством по крови.  В хакасском фольклоре мы находим множество примеров слияния родов в один, вхождения в них отдельных семей, воспитание сирот из других родов, которые становятся во главе принявшего  и т.п. Более того, значение родовой структуры не исчерпывалось внутриродовыми отношениями, в фольклоре хакасов мы находим большое число  примеров взаимоотношений между  родами, например, при создании новых семей.

В тенгрианстве зафиксированы отношения «господства – подчинения», характерные для данного типа общества, основанные  на отношениях личной зависимости, освященной  сакральными силами и зафиксированной в традициях и обычаях. Особые случаи властных отношений в традиционном обществе связаны с появлением харизматических личностей, удерживающих в подчинении силой духа, слова, поступка (героев, каганов, алгысчи, шаманов, хайджи и пр.).

Отношения власти в традиционном обществе напрямую сопряжены с космоцентрическими  тяготениями и моральными нормами, принятыми в  обществе (санкционированными сакральными силами), что выразилось, в конечном  счете,   в отказе от активных действий, как по реформированию всего общества, так и по активному повышению собственного социального статуса.

Идея реинкарнации в традиционном обществе  хакасов (в отличие от индуизма, например)  не предполагала изменения социального положения  в будущих воплощениях  как результата действия закона кармы. Изменение статуса человека было естественным в данном воплощении вследствие возрастных, имущественных накоплений,  основанием которых, в конечном  счете, были не только личные усилия человека и его семьи, но в значительной степени зависели от  имущественного состояния  рода. Серьезным фактором повышения положения человека в обществе считалось умение  создать благополучие семьи и воспитание как можно большего числа  детей. В героическое время условием повышения социального статуса могли стать личное мужество, самопожертвование по благо «материнской, отцовской земли», «прекрасноглазого, черноголового народа».

В тенгрианстве выражено  доминирование коллективных интересов (семьи, рода и этноса) над индивидуальными. Однако это не означает, что здесь личность нивелируется. Ранее мы отмечали, что  поведение отдельного человека влияет не только на ближайшее его природное и социальное окружение, но может нарушить космические ритмы и стать причиной прекращения жизни целого рода. В тенгрианстве создавались жесткие механизмы  невозможности подобных ситуаций, в первую очередь, через системы воспитания и социальных запретов.

Важнейшим механизмом социализации личности в традиционном обществе и условием его стабильного существования является приоритетность трудовой этики, подробно разработанной в традиционном мировоззрении хакасов: труд как мерило личности, умеренность потребностей, бережливость, честность в делах, взаимопомощь и пр.

В традиционном обществе мировоззрение социума  имеет неизбежно религиозный характер, поскольку  практически любое социальное действие осуществляется в сакральном контексте и зависит напрямую от взаимодействия со сверхъестественной реальностью, в первую очередь с Великим Синим Небом:

– наиболее предпочтительным для человека является благополучное существование в земном воплощении, естественными характеристиками которого являются гармония, равновесие, порядок; отношение к миру оптимистическое;

– воздействие сверхъявственной реальности определяется, в конечном счете, степенью нравственности человека; главными ценностями являются нравственная и физическая чистота, целостность и благополучие семьи и рода, вечное существование этноса;  нарушение норм нравственности имеет как близкие для самого человека, так и отдаленные последствия для всего рода;

– процесс реинкарнации отдельного человека становится условием вечного существования его рода и этноса в целом; вечное перевоплощение становится желанным благом, а не проклятием; спасением является не уход из мира, а вечное возвращение в него;

– культово-ритуальная практика самого этноса достаточно проста: жертвоприношение, молитва, которые  сопровождают все повседневное бытие этноса;

– самой главной функцией служителей культа является  защита человека, рода и этноса.

Традиционная культура хакасов рефлексивна, что может быть рассмотрено на двух уровнях: на уровне этнического и индивидуального сознания. В первом случае речь идет об ответах на вопросы, носящие характер:

– этноидентифицирующий  «кто мы есть?»; при этом анализ места в мире и   роли народа  в собственной  истории в прошлом, настоящем и будущем большей частью заменен констатацией факта, что мы – «черноголовый народ», «люди с солнечной грудью», живем в центре мироздания на лучшей земле, данной нам Великим Синим Небом, и должны жить вечно, пока существует мир, т.к. возникли одновременно с ним в акте первотворения;

– этнодифференцирующий «чем мы отличаемся от других?»; здесь  особых неожиданностей нет: представления народа о себе выдержаны в более позитивных тонах, чего не скажешь о чертах других этносов, но таково положение дел практически у всех народов.

Тенгрианство, формируя мировоззрение членов этноса, задает  определенные «пространство» и «модели», в которых происходит рефлексия на индивидуальном уровне. Характер самооценки человека в традиционном обществе в решающей степени определяется рефлексивными стереотипами и образцами этнического сознания на конкретном историческом этапе (разнится самооценка этнофоров, принадлежащих, например, к доминирующим и доминируемым народам).   Характерным отличием  рефлексии на индивидуальном уровне в традиционном обществе, в отличие от индустриального, является  большая ориентированность и зависимость от  иного (сакральной и природной реальности, групповой идентичности).

Традиционная  культура формирует систему ценностей, доминирующих на тех или иных этапах этногенеза. Как уже неоднократно отмечалось, хакасы, находясь на пике исторического развития, связанного с созданием Древнехакасского каганата, не могли принять ценности ненасилия, т.к. любое государство возникает  благодаря идеологии завоевания. Ценности «силы», «мужественности», «победы», «власти» и т.п. требовали особого идеологического оформления. Потапов Л.П. утверждает, что многие обряды Х1Х вв., в том числе почитание божеств (у хакасов особенно  обряд Тигиртаих – почитание Великого Синего Неба), имеют  «сходные черты  с древнетюркским периодом, доходящие до тождества» [3, c.50].

Особенностью традиционного мировоззрения, как уже отмечалось,  является онтологизация этики. Весь хакасский фольклор, особенно героический эпос  пронизан идеей необходимости соблюдать этический «закон», который включает не только общечеловеческие нормы, но и специфически этнические, нормализующие, например, взаимоотношения этноса с миром сакральных сил (Великим Синим  Небом, духами природы, предками – покровителями), его семейно-родовые взаимоотношения. Этические законы  – не результат деятельности социума и даже верховных богов, но имманентно присущи всему миру.

Традиционная культура хакасов выработала нормы общения этноса как во времени, так и в пространстве. Традиционное общество из поколения в поколение передавало информацию через традиции, обычаи, ритуалы, фольклорное наследие. В процессе социализации каждый человек получал необходимое и достаточное знание о мире, своем месте и роли, он ощущал себя необходимым звеном в этом процессе общения с предками, поскольку он также был обязан  передать знание детям и внукам.

Помимо этого были  и  особые категории членов этноса (алгысчи, хайджи – исполнители героического эпоса, шаманы), которые являлись носителями   вековой мудрости народа. Их социальный статус был очень высок, поскольку они получали свой дар от сакральных сил и находились с ними в постоянном общении. Нелишне напомнить, что и простой смертный в различных ситуациях  общался со сверхъестественной реальностью. Более того, любая человеческая деятельность (мыслительная, бытовая, культуротворческая и пр.) в традиционном обществе  была сопряжена с ней:  всегда рядом (невидимо)  находился еще один партнер по общению – дух-хозяин слова, вещи,  стихии природы, предки и пр. И, конечно, все находились под пристальным влиянием Великого Синего Неба, которое «строго, но справедливо».

Поскольку мир сотворен Великим Синим Небо в силу избыточности собственного бытия, а человек в традиционном обществе жизнь свою соизмеряет с сакральными образцами, то и сам он стремится к силе и полноте бытия. Гумбольдт В. выразил смысл жизни традиционного человека: «Сила полная и покойная – вот сила, которую поддерживает и возвышает жизнь. Ее богатство не исчерпать, ее не изнурить сопротивлением» [2, с.235].

Главной целью человека в тенгрианстве становилось служение – роду, народу, Небу, именно для этого необходимы были силы духа и тела. Ведение нравственной жизни становилось условием сохранения рода и народа. Жить нужно было «набело», т.к. тяжкие грехи наказывались прекращением рода. В тенгрианстве жизнь человека была жестко регламентирована, начиная с зачатия (испрашивания  души ребенка шаманом), всех вех жизненного пути, наконец, смертью и посмертным существованием, затем – новым возвращением в этот мир.

Личный опыт жизни человека не входил в противоречие  с опытом этноса, а, значит, возможность возникновения состояний одиночества, абсурдности существования значительно сокращалась. В нечастых  случаях экзистенциального выбора на помощь приходил коллективный опыт в виде традиций и обычаев или шаман как признанный мудрец и психотерапевт. Тенгрианство дает модель предсказуемого  существования, освоенного мира, этнической солидарности и родовой взаимопомощи. По степени защищенности человека традиционное общество предпочтительнее индустриального, хотя по уровню развития активности личности сильно ему уступает.

Между тем, как это ни парадоксально,  в традиционной культуре этноса  практически каждый человек – творец, что выражается на уровне самого образа жизни. Здесь все создается руками конкретного человека. В культуре народа четко выявлены  этнические представления о красоте, гармонии (или безобразии  и неупорядоченности)   этого мира, которые должны  отвечать следующим основным требованиям:

– иметь природные аналоги и образцы;

– обладать свойствами полноты и силы жизни;

– служить защитой этой жизни, быть гарантом ее продолжения.

Все созданное фантазией творца в традиционном обществе создается не только для решения прагматических задач, но имеет сакральный смысл. Этой же задаче отвечает ритуально – обрядовая практика. Несмотря на то, что в традиционной культуре  сформулирован социальный  идеал «золотого века» в прошлом, этнос всегда имеет  главную цель – самосохранение и развитие, т.е. достижение «золотого века» в будущем. Это время возвращения под  сень покровительства и заботы Великого Синего Неба.

Анжиганова Л. В.
Россия, г. Абакан, alv_9@mail.ru
Топоева М. В.
Россия, г. Абакан, рrincessik14@list.ru

 Источники и литература:

1.Аджи М.  Азиатская Европа. – М., 2006.
2. Гумбольдт В.  Язык и философия культуры. – М.- 1985.
3. Потапов Л.П.   Древнетюркские  черты почитания Неба. Этнография народов Алтая и Западной Сибири.- Новосибирск, 1978.

 

_______________

*Работа подготовлена в рамках реализации проекта РГНФ№ 15-03-18023 «Акторы российской социокультурной модернизации: региональное измерение»

 

Посмотрите еще другие публикации: